Виталик Бутерин рассказал о противостоянии больших начальников и маленького человека

Forbes взяло интервью с, вероятно, самым влиятельным и молодым игроком рынка криптовалют.

Задумывая несколько лет назад новую криптовалюту ее создатель даже не подозревал, во что выльется его проект. После достижения определенной планки успеха программист собирался вернуться к написанию статей для издания Magazine (интернет-портала и одноименного печатного журнала о криптовалютах и технологиях на основе блокчейна) и, возможно, восстановиться в университете и продолжить учебу.

Виталик Бутерин рассказал о противостоянии больших начальников и маленького человека

Однако, сейчас эфир имеет рыночную капитализацию в размере около $120 млрд, поэтому в то, с чего все начиналось, верится теперь с большим трудом. Сам Виталик в подкасте Unchained, где обсуждаются последние новости в мире криптовалют и блокчейна, признается: «На своих ранних этапах развития эфир определенно не был проектом столь амбициозным, каким он стал спустя несколько месяцев, и отнюдь не отличался такой далеко идущей концепцией, которую я продвигаю сейчас».

Бутерин также не ожидал всего круговорота событий, с которыми эфиру к настоящему моменту пришлось столкнуться: создания фонда Ethereum Foundation в Швейцарии, направляющего развитие криптовалюты в нужное русло; кража токенов на сумму $50 млн долларов из DAO, децентрализованного автономного венчурного фонда, который функционировал на платформе Ethereum; последующий раскол сети Ethereum и возникновение новой криптовалюты ; нередкие DDoS-атаки и трудности, связанные с расширением платформы.

Более того, изначально программист предполагал, что эфир будет применяться для довольно немногочисленных целей: «Если случилось то-то — отправить $5 на счет такой-то; если случается что-нибудь еще — отправить $5 еще на какой-нибудь счет. Вот и все, как я мечтал, для чего станут использовать эфир.

Но со временем люди начинали придумывать ему все новые и новые области применения — а давайте внедрим эфир в интернет вещей, в демократизацию процессов блокчейна, в системы идентификации, цепей поставок, в сетевую инфраструктуру, управление доменными именами и т.д. Список пополнялся новыми предложениями и рос просто на глазах».

Когда мы с Виталиком заговорили о разнице между его видением и реальностью, я процитировала его слова из статьи издания Wired 2016 года. Тогда Бутерин говорил: «Лично я считаю, пусть большие начальники обломаются. У них денег и так навалом».

Поэтому теперь спросила его: если он до сих пор придерживается такого мнения, то почему членами некоммерческой организации Ethereum Enterprise Alliances являются такие корпорации как банк Chase, нефтегазовый гигант BP и ?

Он ответил: «Я действительно считаю, что блокчейн дает уверенность тем, кому не хватает финансов, способности договариваться или, может быть, умения располагать к себе других. В подобной структуре находится место и для крупных компаний — по моему мнению, они берут на себя очень важную роль в процессе.

Я уверен: те, кому хватает ума сделать первый шаг и кто готов поддерживать технологии, а не бороться с ними, смогут сохранить свои позиции и остаться при сложившихся обстоятельствах в выигрыше». Он объяснил это на примере компании Microsoft — в 90-х ее воспринимали как злобного монополиста рынка, но сейчас на фоне таких интернет-компаний как , всецело контролирующих данные пользователей, Microsoft уже не кажется таким страшным злодеем.

Дело в том, что благодаря Microsoft «пользователи могут самостоятельно контролировать собственные данные. В случае же с интернет-гигантами пользователи перестают быть их клиентами и вместо этого становятся для них продуктом. А для Microsoft люди по-прежнему остаются клиентами, поэтому у данной компании намного меньше причин и мотивов продавать кому-либо их личные данные.

Мы также обсудили твит, в котором Бутерин задался вопросом о том, заслужило ли криптовалютное сообщество совокупную рыночную капитализацию в размере $500 млрд. В подкасте Unchained он иронически отметил:

«Если я был так расстроен суммой в $500 млрд, то от $740 млрд я бы расстроился еще больше». Программист упомянул несколько социальных проектов как, например, Всемирную продовольственную программу при ООН (хотя она использует мощности частного блокчейна), и объяснил, что подобные проекты пока не могут перейти на публичные типы блокчейна из-за совершенно других масштабов системы.

Рассуждая на тему государственного регулирования эфира, мы обговорили, есть ли для программиста некая точка невозврата и чтó произойдет, если он покинет Ethereum (над такой возможностью он задумался в одном своем недавнем твите).

Если же говорить о технических аспектах, то мы не обошли стороной алгоритмы достижения консенсуса при создании умных контрактов: доказательство выполнения работы и доказательство по владению доли, а также возможные негативные последствия от включения в структуру государственного регулирования и то, чем обернется наращивание ее масштабов.

В ходе беседы с Forbes, вероятно, самый влиятельный и молодой игрок рынка криптовалют рассказал, что его беспокоит, представляют ли угрозу для его платформы другие технологии блокчейна, как совершить наиболее прозрачный , как он относится к криптокотятам, хардфорку биткоина и проблемам распределения богатства в криптосообществе. В довершение ко всему молодой специалист осознал, что «занимающиеся блокчейном и криптовалютами — такие же люди со своими недостатками».