Биткоин, доверие и простота

Меня иногда спрашивают, почему юрист в середине жизненного пути заинтересовался биткоином и криптовалютами. По иронии судьбы, биткоин для меня тесно связан с финансовым кризисом 2008 года, который (если вы верите в эту историю) и стал одной из ключевых причин появления биткоина.

Биткоин, доверие и простота

Автор статьи — Стивен Пэлли, партнер юридической компании Anderson Kill. Оригинал опубликован на The Block.

Сильной стороной сети является простота её структуры. — Сатоши Накамото, «Биткоин: система цифровой пиринговой наличности»

Жизнь шла, хотя и не совсем по прямой, но с некоторой предсказуемостью, примерно до 2008 года, который привел к закрытию двух юридических компаний, где я работал. Я заподозрил что-то неладное ещё в 2003, когда я делал рефинансирование ипотеки и увидел, что это было слишком легко. Насколько я помню, они не требовали платежные квитанции, налоговые отчеты — что угодно. В конце концов рынок рухнул.

Попутно я стал одержим ролью доверия как фактора в урегулировании судебных исков. Доверие (и его отсутствие) было и есть центральной темой в правовых системах. Позвольте мне объяснить его роль, упрощая несколько тысячелетий юриспруденции.

Если вы и я полностью согласны с некой коммерческой договоренностью и точно знаете, что я доставлю ваш товар, а вы заплатите мне взамен согласованную сумму денег, нам не потребуется письменный договор. В мире, в котором мы можем видеть будущее, нам не нужны оговорки о форс-мажорных обстоятельствах для решения проблем, связанных с дорогами, разрушенными тайфуном и т. д.

Но мы не можем видеть будущее, а я не могу читать ваши мысли. Чтобы справиться с неопределенностью и недоверием (которое порождает наш ум), у нас есть контракты. Однако контракты далеки от совершенства, ведь на самом деле они не упрощают транзакции; они добавляют слои и слои деталей для устранения непредвиденных обстоятельств, которые могут или не могут возникнуть. Они не являются простыми решениями проблемы доверия.

Контракты работают хорошо, но реальность такова, что если вы заключили со мной соглашение на поставку товара, вполне вероятно, что вы хотите своевременной доставки и не хотите оказаться в суде. Большинство дел решаются, но иногда после многих лет дорогостоящих судебных разбирательств. Для большинства людей неуместно и глупо тратить два года на судебные разбирательства.

Биткоин предложил то, что мне показалось решением. И что мне понравилось, когда я впервые прочитал в конце 2013 года, так это то, что он был простым и не требовал использования сложных управленческих решений. Сатоши Накамото задал вопрос — как люди могут совершать электронные платежи, не полагаясь на централизованную систему, основанную на доверии? В документе говорится: «Нужна электронная платежная система, основанная на криптографическом доказательстве, а не на доверии, позволяющая любым двум заинтересованным сторонам совершать сделки».

В 2017 году Ник Сабо поместил это в институциональный и исторический контекст в своем эссе «Деньги, блокчейны и социальная масштабируемость»:

Минимизация доверия снижает уязвимость участников к потенциальному недобросовестному поведению друг друга и посредников. Большинство институтов, которые претерпели длительную культурную эволюцию — например, право — снижают наши потребности в доверии к нашим собратьям по сравнению с нашей уязвимостью до появления этих институтов. Часто доверяемый и достаточно надежный институт (такой как рынок) зависит от того, что его участники доверяют, как правило, косвенно, другому достаточно надежному институту (например, договорному праву). Эти доверенные институты, в свою очередь, традиционно реализуют различные виды правового обеспечения или других средства управления, которые делают их достаточно надежными, сводя к минимуму уязвимости своих участников… Инновация может лишь частично устранить некоторые виды уязвимостей, то есть уменьшить потребность или риск доверия к другим людям. Нет такого понятия, как институт или технология, которая полностью не требует доверия.

И чем больше человеческого участия и взаимодействия в протоколе, тем меньше минимизации доверия. И чем дальше блокчейн-протоколы/платформы увязают в управлении, тем меньше они приспособлены для работы.

Я не говорю о том, что биткоин решит все проблемы мира. Большинство правовых проблем, возникающих из-за использования биткоина и блокчейнов, имеют общую тему: соглашения и отношения, которые существуют вне протокола. Как только вы добавляете человеческое участие, вы вступаете в противоречие с самой концептуальной основой биткоина.

Биржи, фиатые шлюзы, фонды — все это необходимо для принятия и роста пользователей. В то же время, это выбор Хобсона и парадокс, разрушающий простую полезность, которая была сформулирована в элегантном whitepaper Сатоши. Сложность порождает конфликт и ведет к краху, а сложность в сочетании с заблуждением представляет собой ещё более опасную смесь.

Один из уроков, которые я извлек из двух десятилетий юридической практики, заключается в том, что если кто-то использует много слов, чтобы что-то описать, а вы это не понимаете, то есть очень высокая вероятность того, что они также (1) не понимают это или (2) они бредят, (3) лгут, или (4) всё вместе. Именно это привело к финансовому кризису 2008 года и вызвало бум в 2017/18 годах.

Одна из самых сильных сторон биткоина — это (по крайней мере для меня) отсутствие четкого управления. Тот факт, что он не пытается заново изобрести корпоративный устав. Биткоин ставит своей целью решить одну простую, но важную проблему. Он сделал это и делает это.

И, возможно, этого будет достаточно.